10 августа в Шарантончике

[.livejournal.com]

. .

ФУШЕ. ...а за что, собственно, мы будем ее судить, Пшибышевскую?..
КОЛЛО. Это и выяснится по ходу пьесы. Ну, если ты доволен сам собой...
ВИЛАТ. А подождем, пока Максимильен выскажет свое мнение!..
ББ. Он-то, вероятно, будет "за"... или я очень сильно ошибаюсь.
"ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ" (выглядывая из распахнутого окна, невидимая с улицы за шторой. Подруге, в комнату). Мне кажется, Эжени, им тут делать нечего. Сегодня, по крайней мере... Ах, вот-вот придет Максимильен, услышит их и расстроится. А ведь сегодня праздник.
ЭЖЕНИ (решительно). Сбросим им на головы по горшку с цветами - и все будет в порядке.
"ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ" (в первую минуту растерявшись, потом - восхищенно). Какая же ты находчивая!
КОЛЛО (в последний миг увернувшись от посудины с азалией, поднимает голову и грозит). Ну, "разумная богиня", погоди!..
ВИЛАТ (переводя взгляд c разбросанных цветов на свой выпачканный землей фрак, дрожащим голосом). Вы просто глупые и жестокие девчонки!..
КОЛЛО. Сделай себе бутоньерку, только не реви.
ФУШЕ (предусмотрительно укрывшись под навесом. Как будто ничего особенного не происходит). Встретимся поздней - по поводу процесса.
*
ТАЛЬЕН (появляется из-за угла. Сначала свистит. Потом кричит, задрав голову). Эй!.. Гражданка Майяр!.. Тереза там?
ЭЖЕНИ. Здесь.
ТАЛЬЕН. А что она делает?.. Пусть спускается!
ЭЖЕНИ. Она репетирует песни, гражданин. Так что просит передать, чтоб вы ее не ждали.
ТАЛЬЕН (подозрительно). Какие песни? С кем репетирует?!
ЭЖЕНИ. К празднику песни - с детским хором. (Уходит вглубь комнаты и хохочет.)
ТАЛЬЕН (покраснев, делает хорошую мину при плохой игре). Подольше бы она там торчала, со своим хором. (Оглядывается.) Ну, что нового?.. Вы о чем тут говорили?
В окне комнаты, соседней с той, где находятся ЭЖЕНИ и ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ, появляется еще одна знакомая личность. Приветствует тех, что внизу (впрочем, не без иронии) и усаживается на подоконнике в непринужденной позе, прищуривает глаза - точь-в-точь кошка на солнышке... Но тут же эту поэтически-меланхолическую идиллию нарушает не менее знакомая личность: "Вы так хорошо знаете программу и свою речь, что и готовиться не собираетесь?.."
МАРИ-ЖАН (мгновенно очнувшись, удержав тяжелый вздох, оборачивается и говорит с ласковой иронией). Вы, право, Сен-Жюст, слишком заботливы. Мне неловко быть предметом ваших беспокойств.
АНТУАН (сурово). Меня беспокоит праздник, который, к сожалению, будет зависеть от вас. (В руке у него коричневая папка с трехцветной лентой, - очевидно, в нее вложена переписанная речь.) Или вы полагаетесь на свою импровизацию?
МАРИ-ЖАН. Импровизатор из меня неважный, как и из вас. Но настроение кое-что значит даже при заранее выученной речи. (Опять поворачивается и созерцает вид на тюильрийский сад.)
АНТУАН (непреклонно). Настроение должно соответствовать идее праздника... И вид оратора. (Критически оглядывает противника.)
МАРИ-ЖАН (с наигранным беспокойством оглядывает свое отражение в оконном стекле). Вы, вероятно, правы. И что же мне теперь делать?
АНТУАН. Постарайтесь хоть выглядеть немного менее легкомысленным.
МАРИ-ЖАН (осененный вдруг). Послушайте, Антуан...
АНТУАН. Без фамильярности.
МАРИ-ЖАН. Ах, простите, Сен-Жюст. Почему бы не отдать главную роль на празднике Дантону? Он и импровизатор, и внешность у него солидная, и...
АНТУАН. И что еще?
МАРИ-ЖАН. И вы к нему не станете так придираться, как ко мне... К тому же первая роль 10 августа принадлежит ему по праву... Подумайте!
*
ББ (с повышенным вниманием наблюдая сцену в окне, рассеянно - Тальену). Гражданин предложил устроить процесс... одной писательницы... вот мы, то есть Колло, Фуше и... (Забыв, о чем начал говорить, потом спохватывается.) Но сейчас не до этого... А, вот идет Давид!
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (оживленно). Давид!.. Может быть, он нам все-таки скажет, как будут оформлены остановки! Я просто умираю от любопытства - не дождусь начала праздника.
МИШЕЛЬ. Еще одна статуя Природы, очередная в бесконечном ряду, еще один Геркулес, еще одна колонна в честь Единства...
ЭЖЕНИ (недоверчиво). Почему ты думаешь, что он так все это время и повторяется?.. (Серьезно.) А в каком фраке будет Максимильен, интересно...
МИШЕЛЬ (ей в тон). Это вопрос важный... Впрочем, я предполагаю, что в голубом.
ЭЖЕНИ. А я думаю, в оливковом!
МАРИ-ЖАН (подходит к ним, будто тоже интересуется происходящим под окнами, на самом деле незаметно старается спрятаться за портьерой). Мои милые друзья, вы не видели Дантона? Или, может, хотя бы слышали? Он собирался придти сюда?..
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (обрадована, но одновременно обеспокоена его видом). Что-то случилось?.. Мы его не видели, но, если нужно разыскать... (Терезе, которая за роялем, полушепотом.) Разрешите у вас ненадолго похитить Луи-Шарля, дорогая?
ТЕРЕЗА (полушепотом). Охотно. У него все равно слуха никакого, а пищит он громче всех...
*
ЖОРЖ (появляется довольно быстро. Луи-Шарль около него бежит вприпрыжку, с большим кульком - тутовых ягод, что понятно по синим разводам на ладонях, щеках и белом жабо). Привет!.. Привет, граждане... (Чуть не споткнувшись о Вилата.) Цветочником решил сделаться, юноша? Может, оно и лучше, чем присяжным... А, гражданка Майяр!.. Эффектно смотритесь, на все сто... Здравствуйте... здравствуйте... (Добирается, наконец, до Эро, который ждет его с нетерпением, чуть не с мольбой. Широкая улыбка сразу пропадает. В голосе усиливаются рыкающие ноты.) Что скажешь?.. Не трудись, я знаю. И ты подумал, будто я после всех издевательств твоих друзей буду тебя выручать, да?.. Ладно: что эта малявка Андре мной помыкала, я простил. Индокитай я им простил - в конце концов, чужие края посмотрел. После скетча про быка промолчал. Но как они меня последний раз высмеяли - это уж через край. Баста. Ступай и сам председательствуй! И к Камилу не приставай, не будет он тебя замещать!.. (Поворачивается - и натыкается на Адель, готовую заплакать. Немного смягчившись.) Нет, красавица, даже ради вас - не буду. У меня тоже принципы есть. (Отходит в сторону, садится в кресле и фальшиво подтягивает поющим детям. Луи-Шарль, надо сказать, успел поделиться лакомством со всей компанией, так что вместо пения Тереза слышит общее нестройное мычание.)
ЭЖЕНИ (к Эро). А почему вы не хотите быть председателем, не пойму я все-таки?
МАРИ-ЖАН. Милая Эжени, на самом деле я вовсе не против, это почетная обязанность, но... когда не смеешь дать воли чувству, когда тебя вынуждают думать лишь о том, как бы не нарушить предписания, не отступить от официального тона...
ЭЖЕНИ. Вздор, право. Ну и пусть себе мальчишка дуется - а вы делайте так, как считаете нужным.
МАРИ-ЖАН (с обреченной улыбкой качает головой). Он вплоть до следующего праздника будет меня изводить замечаниями, если я сделаю что-то не так, и припоминать это при каждом удобном и неудобном случае.
МИШЕЛЬ. Да, очевидно, у него неукротимое педагогическое рвение: то он измышляет трудовые колонии, то еще что-нибудь в этом роде... Но не унывай... Вспомни, как мы в школе умудрялись пропускать по нескольку дней подряд!.. Эжени, Адель, принесите, пожалуйста, пудру, кармин, горячей воды... так - что еще? нашатырь, чтоб имитировать насморк!..
*
АНТУАН входит. Все умолкают и расступаются.
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (робко начинает). Ах, такая досада...
ТЕРЕЗА. Такая жалость...
МИШЕЛЬ (удерживая смех). Наш председатель, кажется, серьезно нездоров!
ЭЖЕНИ (по-актерски профессионально). Ну конечно, во всем сквозняки виноваты.
МАРИ-ЖАН (полулежит в кресле; когда Антуан приближается к нему, говорит чуть слышно, в нос, с виноватым выражением). Это так нелепо, но я, кажется, действительно совсем расклеился...
АНТУАН (пристально на него смотрит, но сохраняет полную серьезность). Вас должно поставить на ноги чувство долга.
МАРИ-ЖАН. Безусловно, но, боюсь, что с моей ангиной меня не услышат дальше первых рядов...
АНТУАН (так же). У вас будет микрофон.
МАРИ-ЖАН. У меня сильный жар и головокружение. Не упасть бы в самый неподходящий момент...
АНТУАН (так же). Что ж, придется мне вас поддерживать.
МАРИ-ЖАН (слишком живо для тяжело больного). Но Бертран готов меня заменить, он сделает это с радостью! Он всегда так охотно и с таким блеском произносит парадные речи!
ББ (из угла, саркастично, переглянувшись с Дантоном). Ради общего дела я бы, конечно, принял эти обязанности... (Выжидательно смотрит на Сен-Жюста. Ничего не дождавшись.) Но мне просто совесть не позволит...
ГОЛОС из противоположного угла. Что, что вам не позволит?..
ББ (словно не слышит). ...присваивать почести, причитающиеся другим...
АНТУАН (вдруг подозрительно смягчив строгий тон, с затаенным коварством). Как бы то ни было, следует пригласить врача.
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (забеспокоившись). Наверное, не стоит?
МИШЕЛЬ. Никакой опасности...
ЭЖЕНИ. Просто надо полежать денек, пить чай с малиной и не нервничать.
ЛУИ-ШАРЛЬ (вмешивается). Правда, я точно знаю. И есть побольше пирожных - меня всегда так лечат!
АНТУАН (с той же коварной заботой). О, нет, дело может быть серьезным... (Оборачивается.) Доктора.
Через анфиладу комнат передается, как эхо: "Доктора!.. Доктора!.."
*
КОЛЛО (издали кричит). Нашел! Привел! (Приближается вместе с какой-то странной личностью.) Вот - это доктор. (Сам садится на стол, скрестив руки.)
ДОКТОР - средних лет мужчина, ровесник некоторых присутствующих, особых примет не имеет, если таковыми не считать: а) высокие кожаные гетры, б) клетчатое кепи, в) короткое пальто, такое же клетчатое, г) пузатый чемоданчик. Он приветствует окружающих по-французски, но с характерным акцентом, и с некоторым удивлением разглядывает Эро и Сен-Жюста, который сидит около него, точно самая преданная сиделка.
АНТУАН (встает, изучает его несколько секунд). Вы - врач?
ДОКТОР наклоняет голову с достоинством.
АНТУАН. Вы - республиканец?
ДОКТОР (с достоинством). Вы полагаете, мои политические взгляды определяют мои профессиональные навыки?..
АНТУАН. Вы - англичанин?
ДОКТОР (с еще большим достоинством и еще более сильным акцентом). Совершенно верно, сэр. Это тоже вызывает у вас недоверие?..
Общий вздох. У ЭРО возникает надежда на то, что с английским доктором он сможет сговориться, так как Сен-Жюст их не поймет. ДАНТОН усиленно напрягает память...
АНТУАН (смерив доктора проницательным взглядом). Жизнь этого гражданина имеет большую ценность для Франции... (Барер криво улыбается.) Поэтому вопросы в порядке вещей.
ДОКТОР, пожав плечами, расстегивает чемоданчик.
КОЛЛО (громким шепотом). Я слышал, англичане уже не практикуют кровопускание.
ББ (с претензией на юмор). О, для этого у нас есть свои специалисты.
КОЛЛО. А все-таки он странный... (Встревожившись.) Как бы мне не инкриминировали международный заговор!
ЖОРЖ. Не бойся. А этого типа, я, похоже, где-то видел...
Между тем ДАВИД, слегка заскучав, достает из папки чистый лист и карандаш и начинает набрасывать портрет Мари-Жана в 3/4. Заметив это, ЭЖЕНИ бесцеремонно выдергивает у него бумагу.
ДАВИД (удивлен и обижен). В чем дело, мадмуазель Майяр?
ЭЖЕНИ (с видом человека, убежденного в своей правоте). Когда вы кого рисуете, мэтр, - это дурная примета.
КОЛЛО (вытянув шею, заглядывает в чемоданчик). Бр-р... не знаю почему, но мне при виде всяких инструментов сразу мерещится толедская инквизиция.
ЖОРЖ (с видом умудренного человека). До бормашины никакая инквизиция не додумалась.
ДОКТОР (обращается к Антуану, считая его главным тут). Мне необходима комната для осмотра больного, сэр.
МИШЕЛЬ (негромко, но ехидно). Кабинет Сен-Жюста - самое подходящее место...
*
На опустевшей площадке под окнами остается один ВИЛАТ со своими бутоньерками. Возвращается ТАЛЬЕН: под мышкой у него длинный французский батон, наполовину упрятанный в пакет, в руке - уже открытая бутылка молока, какие продавались во времена совдепа. Устраивается на скамейке и начинает завтракать, ломая батон большими кусками и запивая молоком из горлышка. Помолчав, говорит в пространство: "Что-то этого хора не слышно..."
ВИЛАТ. Там врач.
ТАЛЬЕН (насторожившись). Врач? Какой? Зачем?
ВИЛАТ (весь погружен в собственные мысли, поэтому отвечает медленно и не совсем впопад). Какой-то англичанин...
ТАЛЬЕН. Шпион?
ВИЛАТ. Не знаю.
ТАЛЬЕН (подумав). Мне бы тоже надо врачу показаться... Спросите, когда я последний раз обедал дома, как нормальный гражданин?.. (Вилат молчит.) Не спрашивайте, я все равно не вспомню. Все на ходу, все по кафешкам... То она в школе, то какой-то праздник, то она посетителей принимает на соционическом форуме... а то ей просто захотелось научиться кататься на велосипеде! Хозяйство забросила совсем... (Понаблюдав некоторое время за Вилатом.) Это вы что делаете? Девицам на праздник цветочные кокарды, что ли?
ВИЛАТ (очнувшись, ядовито). Какая догадливость.
ТАЛЬЕН (не поняв иронии). Если хотите знать мое мнение...
ВИЛАТ. Этого я не говорил...
ТАЛЬЕН. По-моему, что-то не то.
ВИЛАТ. Право?
ТАЛЬЕН. И право, и лево, и посредине. Полнейшая безвкусица.
ВИЛАТ (заколебавшись). То есть, вы думаете, не понравится?..
ТАЛЬЕН. Точно говорю. У Терезы хороший вкус, так что я разбираюсь...
ВИЛАТ (в сторону). Хм... вот бы не сказал. (Вслух.) И что же делать?
ТАЛЬЕН. Давайте-ка, переделайте заново. Сочетания должны быть или контрастные, или в одной гамме.
*
Мимо них пробегает девушка, бросив на ходу "Hi!" Оба заняты подбором цветов и лишь рассеянно отвечают. А зря!..
ДЕВУШКА (в джинсах, в черной майке с логотипом "Ni Dieu, ni Мaitre", волосы свободно падают на плечи. Врывается в комнату, присутствующие невольно оборачиваются в ее сторону, кое-кто начинает привставать с мест. Девушку это не смущает). Привет, граждане! Кто-то доктора звал? Я привела. (Обернувшись.) Профессор, проходите. Это Тюильри, не Шарантон.
ДАВИД (про себя). Ну, кое-чьими стараниями разница все уменьшается.
ПРОФЕССОР выглядит менее экстравагантно, хотя и непривычно.
ЭЖЕНИ (тихо). Этот посолидней кажется... с бородкой, в очках...
ЖОРЖ. Это называется пенсне, а не очки.
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (в сомнении, девушке). Лолотта... неужели это вы?..
ЛОЛА. Я самая - салют! (Садится на стол рядом с Колло, достает из кармана сигареты, протягивает открытую пачку своему соседу. Тот берет одну, вертит в пальцах. Лола достает маленькую красную книжечку, и с выразительной миной вкладывает ему в руку. Закуривает.) Так кто болен?
ТЕРЕЗА. Мари-Жан. Его уже осматривает доктор.
МИШЕЛЬ (вежливо Профессору). Мсье, мы рады, что вы оказались здесь.
ПРОФЕССОР. Я.
МИШЕЛЬ. Не сомневаемся, ваши познания облегчат участь нашего друга и коллеги.
ПРОФЕССОР (невозмутимо). Я.
Присутствующие переглядываются.
МИШЕЛЬ (начинает соображать). Вы из Германии, герр профессор?
ПРОФЕССОР. Я-я.
Снова общий вздох. Затем шелест: "Переводчика!.."
ЖОРЖ (Луи-Шарлю). Ну-ка, малец, бегом за Клоотсом.
*
ТЕРЕЗА (сначала кашляет и чихает от дыма, но придвигается к Лолотте ближе. Наконец, обращается к ней). Скажите, дорогая...
ЛОЛА. Да можно проще.
ТЕРЕЗА. Я хотела узнать, вам нравится... то есть вы чувствуете себя вполне...
ЛОЛА. Как видишь.
ТЕРЕЗА. И ваш теперешний внешний вид... наряд...
ЖОРЖ (вмешивается). По правде сказать, я видел и пострашней.
ЛОЛА (со смехом, но вполне серьезно). Не в прикиде дело. Главное - наша работа.
КОЛЛО (трясет красной книжечкой). Это?
ЛОЛА (многозначительно). И это тоже... (Терезе.) А вам не скучно жить все так же?
ТЕРЕЗА. Но... я многое изменила...
ЛОЛА. Менять - так радикально.
ТЕРЕЗА (наморщив лоб, после паузы). Я придерживаюсь скорей эволюционистского взгляда... тактики последовательных перемен.
ЛОЛА (азартно). Эволюционизм - разновидность консерватизма, не больше...
ЭЖЕНИ (присоединяется к разговору). Ладно, это все теории. Но ты себя нашла. А я, например? Здесь я актриса. А там?
ЛОЛА. А там могла бы быть депутатом.
КОЛЛО (не выдерживает). Ну уж это нет!
ЛОЛА. Запросто. Одна итальянская порнозвезда прошла в парламент. А голливудский культурист сделался губернатором штата.
ББ (с иронией). Куда нам, скромным адвокатам.
ЛОЛА (Терезе). Ладно, пока ищут Клоотса и англичанин мучает Эро - авось он его до конца не уморит и на долю моего профессора тоже что-то останется, - давай тебя преобразим. Я, конечно, не имиджмейкер, но образная память у меня хорошая... (Оценивающе смотрит на Терезу.) Тебе пойдут 20-е годы.
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ. Какого века?
ЛОЛА. Двадцатого, конечно. Прическа как у Жозефины Беккер, платье в модерн-античном стиле... Ножницы есть?
ТЕРЕЗА (с опаской, но уже загоревшись). Идем в гардеробную.
ЛОЛА (Колло и остальным). А вы - читайте товарища Мао.
*
Из дверей гостиницы напротив выходит молодая женщина. В обычный день то, как она осторожно оглядывается по сторонам, скорее наоборот привлекло бы к ней внимание, но не сегодня. Не смешиваясь с уличной толпой, она тоже идет в сторону Тюильрийского сада, и шаг ее, сначала почти робкий, постепенно становится все более решительным. - "Привез меня в Париж, поместил в этой дурацкой гостинице, а сам куда-то умчался! Ладно б еще дела, работа, - я ж понимаю! - Но сегодня ж ведь праздник! Почему даже в праздник я должна оставаться одна! - Ну и что ж, что велел не выходить! Не сидеть же теперь все время взаперти!... - А что если он придет, пока меня нет? - Ну и пусть! - Нет, я лучше сама его найду! - Только как? - ведь не спрашивать же у первого встречного, где я могу найти... После истории с Шарлоттой меня этот первый встречный сразу... - Да и вообще - не стоит его называть... пока... - Это ему навредить может... Ну и что ж, что я злюсь..." - Остановилась, переводя дыхание, возле самого сада, оперлась рукой об ограду... Задумалась, позабыв об окружающем... - Из состояния отрешенности ее вывели странные громкие звуки - как будто что-то тяжелое катится по мостовой, - и вроде на экипаж не похоже, чего-то недостает - оттого и странность... Обернулась. Экипаж - но странный очень: тяжелое деревянное кресло на больших массивных колесах, а управляет им мужчина, мощно вращающий руками две ручки прямо перед собой. Рядом с ним идет совсем юная черноволосая женщина с трехлетним малышом и маленькой собачкой ("Какой славный мальчуган! - А его мать - она ведь, наверно, лет на десять меня младше!"). У ворот сада все трое остановились; мальчик залез на колени отца, чтобы поцеловать. Женщина тоже склонилась к нему. - С какой нежностью смотрят они друг на друга! - "Идите! Посмотрите на королевских уток в пруду! бывших королевских!" - Ясный приятный бархатистый голос, в котором звучит любовь и доброжелательность. - И тут только ей приходит в голову - вот человек, у которого можно спросить! - Она его не знает, но ошибиться совершенно невозможно - кто же еще во всем Париже... - Она так пристально смотрит, что мужчина, оставшийся один возле ворот, невольно замечает этот взгляд и тоже начинает внимательно и оценивающе ее разглядывать. Не совсем в его вкусе - но какая нежная белая кожа, какие ямочки на щеках, и этот золотистый локон, выбившийся из-под шляпки лишь чуть-чуть провинциальной, и эта приятная глазу округлость рук... А взгляд - он не похож на те, которые он привык ловить на себе, проезжая в своем кресле по улицам Парижа, - взгляд открытый, хотя и тревожный, но в нем нет ни страха перед ним, ни жалости к нему. Он чувствует, что нужен ей почему-то, и начинает поворачивать рычаг своего кресла как раз в тот момент, когда она делает шаг в его сторону...
Собачка заливается лаем - не угрожающим, а так, словно она спрашивает: "Ну же, говорите скорей, кто вы, в чем дело!"
- Извините, гражданка, - начинает мужчина в кресле, - мне показалось, что я могу вам помочь…
Вздрогнув от неожиданности, женщина заливается румянцем... - хотя своим вопросом он вывел ее из затруднительного положения: за долгие три шага навстречу она так и не придумала, как к нему обратиться...
- Помочь? - Возможно. Я слышала про вас от... от одного человека, - в самый последний момент она так и не решилась назвать имя... - Он... Я... - перед глазами встала только что увиденная семейная сцена... - а если он не так ее поймет? - и, не договорив, она умолкает…
Быть может, ему бы понадобилось больше времени или больше догадливости, но цветок - цветок на шляпке... Он никогда особенно не задумывался, почему его коллега предпочитает всем другим цветам шиповник…
Видя смущение молодой женщины, он тоже не решается на прямолинейный ответ и говорит:
- Вероятно, вы приехали недавно и, конечно, непременно должны быть на сегодняшнем празднике. Что, если вам присоединиться к моей семье? Скоро мы отправимся к Тюильри - где (подчеркивая каждое слово) очень много интересных людей, с которыми и вам будет приятно встретиться…
Женщина покраснела еще больше: "очень много интересных людей", - и ОН, разумеется, тоже! - и так он непременно увидит меня! - но я ведь сама отправилась его искать! - да, но ведь он просил меня не выходить! - а почему, собственно, в праздник, когда все радуются и веселятся, я должна сидеть в четырех стенах! - Последний аргумент опять оказался решающим, она облегченно улыбается и благодарно кивает: - О, да! Спасибо! Спасибо!
*
Тем временем...
МАРИ-ЖАН (доктору, по-английски). Забота и беспокойство моих коллег, возможно, превышает реальную опасность, доктор, однако я рад прибегнуть к вашей помощи.
АНТУАН невольно хмурится. Такой оборот он не предусмотрел.
ДОКТОР (вежливо, но почти бесстрастно). Мне не так уж редко доводилось беседовать с пациентами с континента, сэр... Что вас беспокоит, объясните точнее.
МАРИ-ЖАН [здесь и далее разговор между ним и врачом - на английском]. I feel a faint and feverish. I have a sore throat. Это что-то похожее на инфлуэнцу...
Доктора все-таки приятно зацепил звук родной речи, почти правильной, так что он не сопротивляется больше и начинает обследование: измеряет пульс, смотрит горло, стукает эбонитовым молотком по коленям, выслушивает с помощью стетоскопа, периодически задавая однотипные вопросы "так болит? А так? А здесь?" Мари-Жан однотипно отвечает "немного да" и "да, немного". Наконец, доктор не спеша складывает инструменты в пузатый и чемоданчик и, совершенно не меняя интонации, говорит: "Я не нахожу в данный момент серьезной опасности для вашего здоровья, сэр, никаких тревожных симптомов. Пульс учащен и легкая лихорадка - это можно отнести на счет небольшого переутомления. В принципе я не вижу препятствий для вашего выступления".
МАРИ-ЖАН (тоже не меняя интонаций, решает идти ва-банк). Доктор, полагаю, я не ошибся, вы ведь не только опытный врач, вы - знаток человеческого сердца, и на поприще литературы преуспели столь же...
ДОКТОР (невозмутимо, хотя перед лестью ему трудно устоять). Я не ожидал, что мои скромные опыты известны и здесь. Однако прежде мы должны завершить наш осмотр... (Поворачивается в сторону Сен-Жюста. Мари-Жан едва успевает остановить его движением руки.)
МАРИ-ЖАН. Вот именно, доктор. У меня есть серьезные и веские причины уклониться от выступления - при уважении к вашей практике и познаниям я и не мог надеяться ввести вас в заблуждение - и рассчитывал на вашу проницательность…
ДОКТОР (принимает еще более важный вид). Однако... как же я должен поступить. Как врач и как джентльмен я не могу способствовать вашему обману, хотя бы даже он продиктован серьезными причинами...
МАРИ-ЖАН. А как вы полагаете, что бы сделал на вашем месте ваш друг, а, мистер Ватсон?..
АНТУАН (чувствуя, что разговор выходит за рамки медицины). Доктор, каков ваш диагноз и рекомендации?
ВАТСОН (выигрывает время, чтоб поразмыслить: сосредоточенно глядит на часы, захлопывает крышку и убирает часы в жилетный карман. Достает небольшую книжечку с отрывными листами и перо, глазами ищет чернильницу. Говорит медлительно). Я должен вас успокоить. В данный момент я не нахожу серьезной опасности... (Мари-Жан заливается горячим румянцем, на сей раз совершенно естественным. Антуан торжествующе выпрямляется.) Однако я бы рекомендовал отложить выступление на день-два ввиду недомогания вашего коллеги. (Мари-Жан невольно вздыхает. Антуан мрачнеет.) Я выпишу общеукрепляющие средства... впрочем, не стоит пренебрегать и успокоительными... (Начинает писать рецепт.)
МАРИ-ЖАН (от души). I am very much obliged to you, doctor!
АНТУАН (про себя). Иностранный заговор.
*
КОЛЛО (начинает перелистывать книжку, оставленную Лолой). Что такое "Мао"?
ЖОРЖ (угрюмо). Это имя. Есть такой китаец... Коммунист.
ББ (полунасмешливо). Эту пропагандистскую литературу следует отдать в клуб Леон и Ру.
Голос за дверью. Китаец? Коммунист? Как интересно!
Появляется Анахарсис Клоотс. Луи-Шарль вбегает тоже - с кульком жареного арахиса.
КЛООТС (улыбаясь). Добрый день, дорогие граждане. Сейчас я охотно признаю, что, проектируя Всемирную республику рода человеческого, я недооценивал потенциал как России, так и азиатских народов. Знаете ли...
МИШЕЛЬ (тактично перебивает). Любезный Анахарсис, у вас есть случай использовать для доброго дела вашу удивительную, просто всемирную коммуникативную способность - вы сумели бы найти общий язык не только с Мао, я уверен, но сейчас задача немного скромнее: у нас в гостях профессор из Германии.
ПРОФЕССОР (очевидно, понимать он понимает, потому что произносит). Нихт Германия - Австрия, Вена!
МИШЕЛЬ (поклонившись профессору в знак того, что принимает его слова со всем вниманием, продолжает говорить Клоотсу, конфиденциально понижая голос). Профессор - иностранец, но он еще и человек другого круга...
КЛООТС (сообразив). Другого времени.
МИШЕЛЬ. Совершенно верно. Потому его надо ввести в курс дела... Ему надо дать понять, что его пациент страдает той же болезнью, что мольеровский персонаж, а умный врач не станет разоблачать своего пациента.
КЛООТС (после небольшой паузы, немного разочарованный тем, как его спустили на землю). Постараюсь, дорогой мой.
МИШЕЛЬ. Только - пожалуйста - не... я хочу сказать, не...
КЛООТС (с улыбкой). О, нет! Не отвлекусь... То есть - постараюсь.
*
Тем временем...
ТАЛЬЕН (поворачивается за очередным ломтем батона). Ах ты, дрянная с-скотина!
ВИЛАТ от неожиданности подпрыгивает. Около скамейки стоит крупный лохматый пес каштановой масти, из пасти у него торчит последний кусок батона.
ТАЛЬЕН (замахиваясь). Ух, троглодит!..
ВИЛАТ (хватает его за руку, побледнев). Стойте! Это же...
ТАЛЬЕН. Какая мне разница: эта дрянь сожрала мой паек.
Пес благодушно виляет хвостом и нисколько не верит в грозные намерения Тальена.
Голос позади скамейки негромко властно зовет: "Ко мне".
ТАЛЬЕН (круто повернувшись). А-а! Это что значит: собственников трогать запрещается, а отобрать у человека завтрак - это нормально, так, что ли? Водите на поводке свою собаку!
ХОЗЯИН СОБАКИ (с улыбкой, не теряя самообладания и без признаков гнева, подходит ближе). Доброе утро, гражданин Тальен... Семпрониум... (Снимает перчатку, подает руку одному и другому.)
ТАЛЬЕН (неохотно отвечает на приветствие). Между прочим, там табличка: в Тюильри запрещен выгул собак.
ХОЗЯИН СОБАКИ. А вы обращали внимание, что там есть уточнение: "кроме служебных"?.. (Дружелюбно.) Мне жаль, что Брунт похитил ваш завтрак, правда. Позволю себе вам его возместить...
ТАЛЬЕН собирается ответить как-нибудь поязвительней, но тут из окна выглядывает неузнаваемая ТЕРЕЗА: "Жан!.. (вертит головой, вертится сама, демонстрируя платье.) Как тебе мой новый имидж?.." ТАЛЬЕН, потеряв дар речи, стоит как вкопанный, потом бросается наверх.
ВИЛАТ. З-з-дравствуйте...
ХОЗЯИН СОБАКИ (светским тоном). Час уже довольно поздний, а никого нет. Неужели наш праздник никого не соберет? - сказал я себе, но, конечно, не могу в это верить.
ВИЛАТ. В-в-все там... наверху.
ХОЗЯИН СОБАКИ. Ах, так. Прекрасно. (Делает движение, чтобы продолжать путь.)
ВИЛАТ. М-м-минуту!..
ХОЗЯИН СОБАКИ. Да?
ВИЛАТ (лихорадочно перебегает взглядом с букетиков на фрак своего собеседника и мысленно прикидывает: белый с голубым - это сочетается, желтый с оливковым - тоже, но вот эти полоски... Что делать?!)
ХОЗЯИН СОБАКИ (терпеливо). Вы хотели что-то сказать?
ВИЛАТ (хватается за первую пришедшую мысль). Мы будем ее судить?
ХОЗЯИН СОБАКИ (удивленно.) Кого - ее?
ВИЛАТ. Писательницу...
ХОЗЯИН СОБАКИ (удивленно.) Мадам де Сталь?.. (С некоторой тревогой.) Гражданку Робер?..
ВИЛАТ (мотает головой отрицательно).
ХОЗЯИН СОБАКИ (снисходительно.) Сегодня выходной, отвлекитесь от своих обязанностей.
Проходит.
ВИЛАТ (рухнув на скамейку). Ах!.. Иди сюда, Брунт, хороший пес... (Гладит пса по голове, удерживая слезы, и принимается украшать букетиками его ошейник.)
*
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (у нее асимметричная стрижка "каре", платье типа "летучая мышь", юбка чуть закрывает колени. Выходящим доктору, Мари-Жану и Антуану, обеспокоено). Это не опасно?
ВАТСОН (с трудом сохраняя обычное хладнокровие, говорит Эро на своем родном языке). Никогда бы не подумал, сэр, что здесь помещается правительство... впрочем, (с долей высокомерия) республиканское правительство...
АНТУАН (давая всем присутствующим понять, что его так просто не проведешь). Вопрос слишком серьезный, чтобы удовлетвориться одним заключением…
МИШЕЛЬ (переглянувшись с остальными, серьезно и вкрадчиво). Мы тоже так подумали. Господин Профессор придерживается совсем другой системы - выслушаем его мнение...
Начавшийся диалог мешает Тальену излить свое изумление и негодование по адресу новых имиджей, тем более Тереза прикладывает палец к губам и берет его за руку.
ХОЗЯИН СОБАКИ, тихо поднявшись по пустой лестнице и пройдя коридоры, незаметно входит в комнату. Прислушивается с возрастающим любопытством и занимает такую позицию, чтобы все видеть и слышать, самому оставаясь невидимым.
КЛООТС (переходя с немецкого на французский и с французского на немецкий, представляет). Гражданин Сен-Жюст - один из руководителей нашей Республики. Сверхштатный профессор венской клиники. (Антуан коротко кивает, Профессор наклоняет голову, одновременно изучая его темными, глубоко посажеными глазами.)
КОЛЛО (бестактно вмешивается). Анахарсис, спросите австрийца, где его инструменты. Как он собрался работать?
ПРОФЕССОР (обернувшись, начинает что-то говорить. Здесь и далее Клоотс ведет синхронный перевод). Мне не нужен стетоскоп и ланцеты... (Ватсон критически приподнимает брови.) Я - психиатр.
ЭЖЕНИ (непосредственно). О-ля-ля! Это что значит?
ЖОРЖ. Это значит - Месмер снова в строю.
ПРОФЕССОР. Я рад, что нахожусь среди соотечественников моего ученого коллеги, господина Шарко, и имею надежду вновь с ним встретиться...
ББ. Значит, вы уже были когда-нибудь во Франции, Профессор?
ПРОФЕССОР. Я... (по-французски) Я понимай ваш речь, сам говорить разучиться... (Продолжает по-немецки, Клоотс переводит.) Прежде всего, современная медицина уходит все дальше от того чтобы лечить симптомы, - мы ищем причины.
ЭЖЕНИ (на ухо Мишелю). Это как?
МИШЕЛЬ (на ухо Эжени). Например, если бы кому-то пришло в голову излечить меня от любви к тебе, он бы ничего не смог поделать, даже разлучив нас, работой ли, или расстоянием в тысячи миль, - ему пришлось бы только отнять у меня мое сердце, милая Эжени…
ПРОФЕССОР. …а причины всех болезненных явлений имеют одну и ту же природу. (Оборачивается к Мари-Жану и Антуану.) Расскажите подробно, когда и при каких обстоятельствах заболел ваш коллега.
АНТУАН (пожав слегка плечами, не очень охотно). Сегодня, как вы уже слышали, праздник, в честь Единства Республики. Гражданин Эро должен исполнять обязанности председателя. Неожиданно он заявил, что слишком плохо себя чувствует.
ПРОФЕССОР кивает и переводит взгляд на Эро.
МАРИ-ЖАН. В основных чертах верно... Правда, я уже накануне чувствовал себя…
ПРОФЕССОР. Вы знали о своих обязанностях заранее?
МАРИ-ЖАН. Конечно.
ПРОФЕССОР. У вас есть опыт публичных выступлений?
МАРИ-ЖАН. Достаточный.
КОЛЛО (тихо). М-да. Какие-то странные вопросы для врача.
ПРОФЕССОР. Припомните как можно более точно момент, когда вы почувствовали внезапное недомогание.
МАРИ-ЖАН (не зная еще, к чему клонит доктор, на всякий случай осторожно.) Пожалуй... пожалуй, когда увидел в руках моего коллеги папку с триколором.
ПРОФЕССОР (оживляется). Какого она была цвета? Какой формы?
АНТУАН (нетерпеливо). Обыкновенная прямоугольная. Коричневая.
ПРОФЕССОР (слегка разочарован). А-а... ну что ж, это деталь, деталь. Она не нарушает общую теорию. (Мари-Жану.) А вы можете припомнить другие похожие случаи?.. В детстве, например... когда учились в школе…
МАРИ-ЖАН (теперь он совершенно естественно бледнеет и тревожно переглядывается с Мишелем)
ПРОФЕССОР. Например, перед экзаменами?
МАРИ-ЖАН (явно поколебавшись, тянет с ответом). Возможно... Это было давно.
ПРОФЕССОР (доволен). Вот, вот, мы подходим к чему-то важному. До сих пор вы отвечали легко, а теперь вдруг жалуетесь на свою память.
В глазах Антуана мелькает огонек - предвкушение полного торжества разоблачения симулянта.
ЛОЛА (хлопнув себя по коленке). Я так и думала, что это психосоматика!
ТЕРЕЗА. Что-что-о?..
ЖОРЖ. Говоря открытым текстом - симуляция. (Злорадно улыбается Мари-Жану.)
ПРОФЕССОР (делает протестующий жест). Нет симуляция. Есть вытеснение.
ТАЛЬЕН. Час от часу не легче.
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (осмелев). Скажите лучше "притеснение", Профессор!
ЭЖЕНИ. Что и говорить! (Смотрит почти с вызовом на Антуана.)
МИШЕЛЬ (разводит руками, полусерьезно). Надо признать, наши коллеги часто расходятся во мнениях и спорят…
ПРОФЕССОР (внимательно выслушивает каждую реплику и кивает, явно удовлетворенный. Затем поворачивается к Антуану). Вы и есть причина болезни. Но вы, в свою очередь, тоже страдаете комплексами…
ББ, слушающий с вниманием, высовывается из окна и делает знаки ВИЛАТУ, чтобы срочно поднимался к ним.
АНТУАН (еле удержав непосредственную реакцию. Холодно, металлически позванивающим голосом). Каким это образом?
Присутствующие по опыту знают, что вид Сен-Жюста предвещает бурю. Только Профессора это не трогает, он говорит спокойно, даже благожелательно, но не старается смягчать свои выводы.

Comments

[caffe-junot.livejournal.com]

*
- Папа, папа! Они совсем ручные! Я смог их потрогать!
- Какой славный у вас мальчуган! - Она присаживается, чтобы быть с ним вровень. - Тебе нравятся птички?
- Утки - это не птички, - убежденно говорит мальчик, - птичка - это чижик у дяди Максима. А утка...
- Мари, гражданка ищет одного из наших друзей, - тихо говорит мужчина подошедшей жене, как бы слегка оправдываясь, - и кажется, я догадываюсь, кого!
Доверие, с каким малыш Ипполит уцепился за руку незнакомки, передается и его матери.
- А ты, Филипп, что здесь делаешь?! - отвечает мужчина в кресле на приветствие молодого человека, подошедшего к ним в компании трех дам и лохматой собаки неопределенных кровей (https://caffe-junot.livejournal.com/9822.html), которая радостно носится вокруг хозяина и все норовит лизнуть его в лицо, не обращая внимания на остальных. - Ты ведь должен быть под Валансьеном!
- Мог бы сперва и поздороваться, Кутон, - деланно обижается Филипп, но глаза его светятся счастьем - как и глаза девушки, которую он держит под руку, и при этих словах еще теснее прижимает к себе, не обращая внимания на приличия. - Вы отправили меня туда пред самой свадьбой! - а я не могу жить без нее - ты, - ТЫ! - должен бы понимать это! Я скакал всю ночь, чтобы моей Бабетт (глаза девушки вспыхивают еще ярче) не было грустно, когда все кругом веселятся! - А Франсуа сказал, что обойдется два дня и без меня!
Спутницы, к которым Филипп обращается за поддержкой, согласно кивают - почтенная матрона и девушка чуть постарше Бабетты, наверно, мать и сестра. Поняв, кто это, она осознает, что теперь уже встреча почти неизбежна, - и что отступать ей уже некуда. И одновременно не без удивления ловит себя на мысли, что вот надо будет вечером слегка переделать шляпку - на манер Бабеттиной...
За этими разговорами и раздумьями она и не заметила, как подошли к Дворцу Республики.

[caffe-junot.livejournal.com]

*
Тем временем...
ПРОФЕССОР. Я не удивлюсь, если узнаю, что вы росли без отца...
ЖОРЖ (себе под нос). Ну, это о каждом втором можно сказать.
ПРОФЕССОР. ...но его образ постоянно занимал ваше воображение, вам хотелось его заменить - отсюда ваш властный наставнический тон, показная суровость и непреклонность. На самом деле вы - не такой, какой вы есть, а такой, каким считаете нужным быть...
АНТУАН (делает шаг к Профессору). Мне бы не хотелось прибегать к таким мерам, как задержание, проверка документов и высылка, Профессор. Вам лучше по своей воле покинуть это место.
ПРОФЕССОР (не меняя положения в кресле). Это обычно. Человек боится понимать сам себя. Агрессия - это есть страх, страх и постоянная неудовлетворенность.
МАРИ-ЖАН (подходит к ним и удерживает Антуана за руку чуть выше локтя). Страх каждый из нас, безусловно, испытывает или испытывал хоть однажды, страх за себя самого, за близких, за товарищей, за страну. И неудовлетворенность каждому знакома - желание не достигнутого или недостижимого результата. Но почему вы решили, что эти чувства постоянны?
ПРОФЕССОР. Значит, все это не то, чего вы на самом деле желаете.
Тишина.
ТАЛЬЕН. Чушь какая-то. Я, например, всегда знаю, чего хочу!
ТЕРЕЗА (серьезная, как никогда). Помолчи.
ПРОФЕССОР. Вам кажется, что вы знаете. На самом деле вы часто подменяете неосознаваемые, запретные с точки зрения вашего эго или общества, в которых вы боитесь признаваться самим себе, желания - другими, разрешенными. Эта неудовлетворенность нуждается в периодической разрядке.
ББ (посмотрев на коллег). А ведь что-то подобное писал и Жан-Жак... Но все яснее на примерах.
ПРОФЕССОР. Извольте. Комплекс ученика (делает жест в сторону Мари-Жана) и комплекс учителя (жест в сторону Антуана). Они интересны один другому и могли бы превосходно общий работа, даже дружба, но учитель считает, что надо все время критиковать ученика. А раз так надо, то ему кажется, что он этого и хочет. Ученику кажется, что он заслуживает критику, но потому что он на самом деле ее не заслуживает, он стремится избежать ее...
ЭЖЕНИ (слушает, подперев щечку рукой. Тихонько). Как оно мудрёно все!..
АНТУАН (почти беззвучно, по-детски). А вот и неправда...
КОЛЛО (слегка ослабляет высокий галстук). Уф... Значит, когда мне на заседании Комитета хочется запустить табуреткой кому-нибудь в голову или поджечь все бумаги, на самом деле - мне хочется - этого коллегу расцеловать? Или я голоден? Или не выспался?.. Или вообще занимаюсь не своим делом, а?
ПРОФЕССОР (качает головой). На самом деле все много сложней, сложней... За один раз это не объяснить. Психиатр не должен сильно обобщать. Каждый случай - особенный.

[caffe-junot.livejournal.com]

*
У входа во Дворец Республики
- Здравствуйте, - группу обгоняет гражданин лет сорока. Одет он несколько странно, а особенно в его наряде бросается в глаза длинный полосатый шарф, несколько раз намотанный вокруг шеи. Еще раз кланяется - отдельно одной из девушек.
- Леа, - шепчет наблюдательная Бабетт, взяв сестру под руку. – Какие такие у тебя общие секреты с Фабром?.. Нет-нет, я ничего такого не думаю, и в мыслях нет, но...
- Тс-с, - предупреждает Элеонора. И говорит еще тише: - Я ведь не спрашиваю, какие такие секреты у тебя с Яной.
- Не только у меня! - возражает Бабетт, - она и о тебе стихотворения писала и сочиняет рассказы, и о...
И, оглянувшись, обе принимают вид заговорщиц и повторяют одновременно: "Тс-с!"
Мимо них вверх проносится, как лохматая комета, каштановый водолаз. Мэзи и Шилликкем с лаем бросаются следом. Почти тотчас наверху поднимается необычный шум.
- Что-то там случилось? - предполагает Кутон.
- Сейчас узнаю! - отзывается Филипп, одним духом взлетая на следующий этаж...
(https://docs.google.com/file/d/0B7jQ98Osk2SDZk84dFdzckFuYVE/edit?usp=sharing)

[caffe-junot.livejournal.com]

*
А случилось вот что...
ВИЛАТ, взбежав по лестнице, дальше идет на цыпочках, но у самой двери его опережает Брунт. Перво-наперво он радостно приветствует своего хозяина - обнаружив перед всеми его присутствие, а потом описывает круг почета, выражая полное удовлетворение, и ложится посредине.
ТАЛЬЕН (вытаращив глаза - сначала при виде Робеспьера, потом - указывая на ошейник пса). Что это у него?!
Первым начинает хохотать Дантон. Ему вторит звонкий смех Эжени. Заливаются веселым смехом Клоотс, Мишель и Мари-Жан, Лола и Колло, Барер и Тереза с Аделью, чтоб не упасть, придерживающие друг дружку за талии. Тальен начинает односложно: "Ха... ха... ха-ха-ха-ха!.." На губах МР появляется несколько натянутая улыбка... которая становится все более непосредственной, даже озорной; наконец, он больше не противится заразившему его веселью. Глядя на него, нерешительно улыбается и Вилат, и тоже начинает смеяться. Остаются Англичанин и Сен-Жюст. Первый присоединяется к хору, хоть и с опозданием, немного деревянным смехом, напоминающим Колло лошадиное ржание, - и это веселит его еще больше.
Брови Антуана сходятся над переносицей, как крылья. Чем громче дружный смех, тем суровей делается его лицо. Он всматривается в каждого, словно вопрошает, то ли все разом сошли с ума, то ли у него с головой не в порядке. Но у людей вокруг ясные глаза и смех самый искренний, здоровый и простодушный. И вертикальная морщина на лбу Сен-Жюста как-то сама собой разглаживается, и он чувствует, что его рот растягивается чуть ли не от уха до уха, и слышит свой собственный смех.
МАКСИМИЛЬЕН. Не знаю, насколько верна ваша теория, Профессор, но (глядя на веселые лица вокруг) по крайней мере маленькую пользу она уже принесла.
МИШЕЛЬ. Как это - "маленькую"?! Антуан засмеялся - а вы говорите "маленькую"!..
ПРОФЕССОР. Гут, гут. Это тоже разрядка... Я сейчас пишу книгу "Юмор и его отношение к бессознательному"... (Когда все немного успокаиваются.) Все люди несут в себе и оно, и эго, и супер-эго.
ВИЛАТ. Как первородный грех?
ПРОФЕССОР (подумав). Если такое сравнение вам понятней.
МАКСИМИЛЬЕН (садится в кресло, поправляет кружевной манжет). Тогда проведем аналогию дальше. Первородный грех, считается, искуплен крестными муками.
КЛООТС. Позвольте, позвольте! Ариане, скажем, этого не признавали...
ПРОФЕССОР (все чаще переходит на ломанный французский). Здесь аналогия нет. Бессознательное нельзя уничтожить или искупить.
ЖОРЖ. Что ж с ним делать?
ПРОФЕССОР. Есть явление сублимация. Когда энергия бессознательного направляется на заместительный объект. Это механизм всей человеческой культуры и творчества.
ВАТСОН. Интересно, интересно. Однако - чтобы "всей культуры"... позволю себе не согласиться, коллега.
ЭЖЕНИ. Ну, а я согласна. Хотя бы в нашем ремесле - очень похоже.
КОЛЛО (покашливает). Хм-хм... Похоже.
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (Давиду). А как думаете вы?
ДАВИД. Это может кое-что объяснить в нас, людях искусства. Неожиданные образы и сюжеты, которые противоречат разуму... переменчивая работоспособность...
МИШЕЛЬ. И политика может быть "заместительным объектом"?
ПРОФЕССОР. Я-я! Очень может.
ТЕРЕЗА. А еще что? Работа?
ББ. И товарищи по работе?
ПРОФЕССОР. Все - все, что не является самим объектом.
ЖОРЖ. Получается, это ваше оно не настолько уж вредная вещь.
ПРОФЕССОР. Да - пока вы не пытаетесь ее подавить.
ЖОРЖ. Ну, а если этот запрет - надуманный? Если он не нарушает на самом деле никакие законы, никакие предписания, даже обычаи? На кой черт идти окольными путями, когда можно...
Он поворачивает голову - в дверях появляется Филипп, из-за его плеча уже выглядывает розовое личико Бабетт. Кутон почтительно пропускает вперед гражданку Дюпле, оробевших Мари и Леа, и...

[caffe-junot.livejournal.com]

*
Сама не понимая, как позволила увлечь себя в эту погоню за собаками, она не то от волнения, не то от страха, не то просто запыхавшись от бега, в изнеможении закрывает глаза - и почти тут же начинает их незаметно приоткрывать, сгорая от любопытства и пытаясь разглядеть присутствующих из-под приопущеных пушистых ресниц...
Филипп замечает весело:
- Мы думали, нам придется бегом бежать к Марсову полю, что мы уже опаздываем - и удивились несказанно, что...
Кутон, одновременно отыскивая взглядом ЕГО, того самого человека, ради которого пришла с ними незнакомка, из такта и благоразумия старается отвлечь внимание, хотя бы в первый момент. И это ему почти удается. Дантон поднимается, чтоб усадить гражданку Дюпле, Максимильен, Англичанин и Мишель уступают места другим дамам, которые ручейком просачиваются в комнату (сходство тем большее, что Бабетт еще и журчит, не умолкая, звонким шепотом здороваясь и рассыпая налево и направо вопросы). Незнакомка с золотыми локонами остается одна.
О такой тишине говорят: слышно, как пролетит муха. А может быть, если б упала пушинка, и то было бы слышно. Взглянув на Антуана, каждый из присутствующих, один за другим поворачиваются к незнакомке, и вновь к Антуану. Потом все головы обращаются к Профессору. Но он тоже молчит...
Трудно сказать, что выражает лицо и глаза Антуана. Что-то бесконечное, сложное, противоречивое и бездонно глубокое.
Он качнулся вперед и сделал шаг. Второй...
Чувствуя зияющую пустоту вокруг, она распахивает наконец глаза, порывается что-то сказать, но при первом же шаге навстречу колени ее подкашиваются...
- Ах! Бедняжка... - Эжени и Мишель, стоявшие всех ближе, не дают ей упасть. Но и Антуан уже одним прыжком оказывается рядом. Берет ее за плечи и смотрит в лицо. Долго. Бесконечно долго.
Ты пришла. Несмотря на просьбу, даже запрет... Так что же ты, глупенькая моя девочка, неужели подумала, что я буду злиться за это - да, сержусь ужасно, но не на тебя, а на себя... Только не плачь, ну, пожалуйста, не вздумай... Мы не будем больше прятаться... Ты не будешь одна... Антуан привлекает ее к себе, макушка ее провинциальной шляпки чуть-чуть не достает до его плеча, зато она может спрятать лицо в трехцветной перевязи. А слезы - их вытирать бесполезно.
- Я еще не понимаю, в чем прикол, - полушепотом произносит Лола, - но, по-моему...
Антуан отстраняет незнакомку, не отпуская ее плечи, поворачивает так, что она стоит, прижавшись к нему, лицом к присутствующим, и говорит - отчетливо, спокойно, почти буднично:
- Тереза - моя жена.
- Наконец: коротко - и ясно, - заключает Дантон. - Давно бы так.
- Значит, я угадала! - вся просияв, говорит Бабетт.
Ну, по праву первым так должен был бы сказать Кутон. Но он лишь улыбается.
- Дело заканчивается свадьбой, - меланхолично замечает Вилат. - Совсем как в сентиментальном романе.
- Это с точки зрения литературы и книжных героев, - парирует Мишель, - а для счастья живых людей... такой конец никогда не бывает банальным, традиционным или наскучившим.
Тогда начинают говорить все наперебой.
- Да посадите же ее! - требует Тереза. - И принесите воды или лимонаду...
- Хорошо, что вы ее нашли, а то бы сколько она блуждала по Парижу!..
- Ах, Антуан, - прямолинейно говорит Эжени, - все-таки вы тиран по натуре!..
Максимильен наблюдает за ними с необыкновенно доброй улыбкой. У него будет, конечно, время сказать…
ЛОЛА (с неожиданной комической досадой). О-ля-ля... Я проиграла пари.
Несколько голосов. В чем? Кому?
ЛОЛА (указывая на Терезу и Антуана). Мы поспорили с Ленкой* Шармело: была Тереза в Париже или нет. Я ведь должна была знать лучше! (Смеется.) Но я так рада, что проспорила!
ТАЛЬЕН (несколько озадачено). Как же... как же теперь различать - к которой Терезе обращаются?..
ЖОРЖ (стараясь смягчить свой голос). У вас есть другие имена?.. (С трудом разобрав едва слышное "Луиза", проводит рукой по своему затылку в замешательстве.) М-м... А моя жена - Луиза тоже...
МАРИ-ЖАН. Тереза-с-Юга и Тереза-с-Севера. Если дамы согласны...
ТЕРЕЗА-с-Юга. Забавно!
Мамаша ДЮПЛЕ (услыхав резкий звонок велосипеда, с некоторым неудовольствием). Опять... Уж очень шумная эта ваша техника...
ТЕРЕЗА-с-Юга(обрадовано). Это Полина!

- - - - -
* "Ленка" - как уменьшительное от "Мадлен"

[caffe-junot.livejournal.com]

*
ПОЛИНА (без передышки взбегает по лестницам; лишь чуть-чуть запыхавшись). Привет, граждане. На Марсовом поле все готово, все в сборе, так что непонятно, почему вы до сих пор здесь! Осталось полчаса!
Поднимается суета. Некоторые бросаются к окнам.
ЖОРЖ (приставляет к глазам военно-полевой бинокль). Ишь ты, и белая лошадь...
ЛОЛА. Дай-ка... Во главе Национальной гвардии сегодня Анка!
ВИЛАТ (в недоумении). А где же Лафайет?
ЖОРЖ. Скромно стоит на левом фланге.
ЛОЛА. Скромность и Лафайет - две вещи несовместные... А еще я вижу Антуана!
ТЕРЕЗА-с-Юга. Он ведь тут?!
ЛОЛА. Барнава. И Бриссо там. Жиронда и бешеные стоят вперемешку в общей колонне... (Передает бинокль.)
ТАЛЬЕН. И правда... А вон Демулен и Эбер, около трибуны!
ЭЖЕНИ (с газетой в руках). Читали, что заявил Толстый Луи в интервью "Монитёру"?.. (Читает вслух.) "Хотят республику - пусть будет республика. Лишь бы не мешали охотиться."
ЛЕА. Он на днях приходил к папе в мастерскую... Говорит, что ему нужна постоянная практика, и в слесарном деле, и в столярном... И остался даже обедать.
ПОЛИНА пробирается в переполненной комнате к Мари-Жану и говорит несколько слов ему на ухо.
МАРИ-ЖАН (вскакивает). Где?!
ПОЛИНА (показывает за окно). Да вот же, совсем рядом.
МАРИ-ЖАН, совершенно позабыв, что нельзя мгновенно выздороветь, к изумлению присутствующих, стремглав выбегает.
КОЛЛО (наблюдает из окна). Ага... это еще кто?!
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ подбегает к нему, а за ней остальные облепляют подоконник.
В десятке метров от Тюильри стоит карета, около нее - стройная женщина в сером дорожном платье, несколько старомодном даже для 1793 года. На голове шляпа, густая длинная вуаль закрывает лицо. МАРИ-ЖАН останавливается в двух шагах от женщины. Потом они медленно идут навстречу друг другу. Руки их встречаются... Наконец, они бросаются друг к другу в объятия.
КОЛЛО. А карета-то, карета!.. Роялистка, однозначно.
МАКСИМИЛЬЕН (наблюдает эту сцену с плохо скрытым волнением. Поворачивается к Колло). Роялистка она или республиканка, но я ему завидую самой белой завистью, так, как никогда и никому.
ПОЛИНА (растроганная тоже, но грубовато, передразнивая Колло). "Роялистка", "роялистка"... Это мама - этим все сказано.

[caffe-junot.livejournal.com]

*
ДАВИД (растерян). Однако, граждане... Кто же будет председателем?.. Мари-Жан - вряд ли, а его главный вдохновитель (показывает на Антуана, который все время остается возле Терезы-Луизы) - совсем отпустил поводья. Остается выбирать между Жоржем и Бертраном!..
Мамаша ДЮПЛЕ (прислушиваясь, с некоторой обидой). Почему ж не Максимильен?..
Тот поспешно делает отрицательный жест руками и головой.
ЖОРЖ (Бареру). Жребий бросим?..
ББ (уклончиво). Лучше составим рейтинг...
ПРЕКРАСНАЯ ГВАРДИЯ (довольно колко). Если б была здесь Клер или Олимпия - и вопросов бы не возникло!
КЛООТС (сидит на столе рядом с Лолой; начинает рассуждать вслух, обращаясь к Робеспьеру, Ватсону и Фрейду; по ходу речи говорит все громче и незаметно для себя встает и выходит в центр). Удивительно, насколько я оказался прав тогда - и не прав вместе с тем!.. Я полагал, что Всемирная Республика должна, в противовес исключительно духовному христианскому "царствию божию", которое только "внутри нас", иметь реальную основу: географическую территорию, экономику, исполнительные и законодательные органы... И что же? Республиканская Франция, Австрия и монархическая Великобритания теперь заключили Евросоюз, число транснациональных учреждений все возрастает, а духовная разобщенность человечества остается почти прежней... увы, если не становится большей... И в то же время - виртуальное общее пространство, виртуальное общее время, виртуальная всемирная республика оказываются возможны!.. Да, сегодня у нас - праздник Единства времени и пространства...
По вашим лицам я вижу, что вы уже готовы возразить: что в этом единстве, если мы по-прежнему спорим, и о тех же вопросах, и не можем найти иногда выход из таких же ситуаций? А я скажу, что никогда и не утверждал, что люди совершенно изменятся. И вы, Профессор, скорей всего, первым со мной согласитесь... Но "абсолютное хорошо" - это ведь тупик развития, философский тупик, это - небытие... Раз уж мы так много говорили о религиозных понятиях, возьмите рай или буддистскую нирвану, - это тупик. Как раз потому люди туда подсознательно и не стремятся...
А что до материального и духовного - уничтожить мысль ведь невозможно. Поэтому Всемирная республика с единым временем и пространством никогда не падет ни перед золотым тельцом капитала... (Максимильен чуть улыбается.)... ни перед хунвейбинами... (Лола призадумывается, потом кивает.) И завтра будет завтра.
МИШЕЛЬ (после паузы). Анахарсис, если бы вы могли это повторить так же перед народом!
КЛООТС (немного остыв). Вдохновение...
КОЛЛО. Да, вдохновение сохранить трудно, я-то знаю...
ЭЖЕНИ (чуть не плача). А мне жалко, что никто не поверит, что у нас был такой чудесный праздник!..
Голос из угла. Не совсем так.

[caffe-junot.livejournal.com]

*
Оксана и Алексей выходят на средину комнаты. У Алексея через плечо репортерская камера.
ОКСАНА (Тальену). Закрой шторы, гражданин. (Антуану.) А ты открой сейф, пожалуйста.
АНТУАН недоумевает.
Пардон - железный шкаф.
АНТУАН. Это хранилище правительственных документов.
ОКСАНА. Да знаю, знаю.
АНТУАН достает ключи и открывает замок. Открывает осторожно одну дверцу, потом вторую - и отступает, потрясенный.
АЛЕКСЕЙ. Ну, ты же эту штуковину уже видел.
ББ (заглядывает тоже). Но как это туда попало через запертые дверцы?!
ОКСАНА. Телепортация. Ладно - внимание!
Алексей соединяет провода, и на экране начинают мелькать кадры: Мишель, Эжени и Адель, гримирующие Мари-Жана... Луи-Шарль, перепачканный шелковицей... Тереза-с-Юга в новом наряде... блаженная морда Брунта во весь экран, хохочущий Дантон и залитое слезами счастливое лицо Терезы-Луизы-с-Севера. И, наконец, ораторствующий Клоотс.

[caffe-junot.livejournal.com]

Завсегдатаи и гости Шарантончика | роли исполняли и дублировали:
Л=ГлавВрач Шарантончика. - Мари-Жан, Клоотс, Лола, Профессор, Полина Леон,
Эмиль=Директор Шарантончика - Антуан, ББ, Дантон, а также Оксана и Алексей в финале,
Анна - Адель Прекрасная Гвардия, Эжени, Максимильен и его собака, Кутон и барышни Дюпле, Давид,
Игорь - Фуше, Мишель, Тереза-с-Юга, доктор Ватсон, Тальен, Колло,
Eleonore - Кутон, Мари и Ипполит, Филипп Леба, Тереза-с- Севера (https://docs.google.com/file/d/0B7jQ98Osk2SDY2FHYkFpc1piVGM/edit?usp=sharing),
Оксана и Алексей - Вилат, Дантон, Тальен.

восстановлено по сохраненной версии нашего сайта, 2004

(http://fotki.yandex.ru/users/enlightment2005/view/516461/)