о приводимых и приходящих

[.livejournal.com]

- АРТеФАКТическое: Луи-Леопольд Буальи, Луиза Дантон и пасынки!.. - торжественно объявляю я, аки Ординатор Шарантончика |Оксана|. :))) Похожи?


Тему, в которой наверняка будет вопросов больше, чем ответов. Но это в порядке вещей. :)
Как-то однажды, давно-давно, а может, и недавно (по сравнению с Вечностью), был у нас праздничный междусобойчик по случаю 8 марта. Слово имели феминистки и феминисты, антифеминистки и антифеминисты, снова феми...
И почему-то Луиза вмешалась в этот спор. Кто-то ее позвал? Как будто нет. Специально выбирал?.. Нет, как будто. И роль у нее была небольшая. Однако с тех самых пор она все где-то близко. Нет-нет, и подает реплики.
А почему как-то без особых возражений мы согласились, что она читает про Эвиту и Скарлетт и носит платья по моде 1880-х (и они ей идут)?
Странно, странно. Если уж, по логике, должна была появиться мадам Дантон, то все указывало на Габриель. А вот поди ж ты!..
Хочет ли она что-то нам "сказать" и ждет, ждет подходящего момента?.. Или просто хочет большего места в коллективной человеческой памяти, хочет более интенсивного виртуального существования? Она не слишком и откровенничает, но не отворачивается от нас...
А вот Марат, к примеру... Сколько раз его пытались привести. Разные люди. По разным поводам и в разных ситуациях. А он - ни в какую. Редко-редко промелькнет.
То ли дело в том, что к нему интерес чисто-познавательный, "академический"? Или он тоже чего-то дожидается - пока найдется человек, с которым благодаря которому он сможет "заговорить"? или пока этот человек приобретет необходимое знание или ощущение чего-то?..

Comments

Re: слово к порядку рабочего заседания

[caffe-junot.livejournal.com]

Re: слово к порядку рабочего заседания

[gran-salis.livejournal.com]

Не хотел перебивать своими коментами. Тем более вам, миледи и джентльмены, есть что рассказать, намного больше, чем мне.
Из поднятых вопросов один мне наиболее близок. Об оппонентах. Противоположность взглядов очень часто встречается в истории науки. Можно сказать, _это и есть_ история науки. Но как оценивать, если один и тот же ученый выдвигает цельную, стройную и верную теорию по одному вопросу и ошибается фатально, в другом? И противостояние ученых зачастую было таким же непримиримым и жестким, как противостояние политических мыслителей. Возникает нелепая ситуация выбора, "за кого" - за Кеплера или за Тихо Браге.

Алексей, Вы сказали
как это психологи проходят мимо такого феномена? А ведь он существует, и не в таком уж крохотном масштабе.
Не совсем согласен. Этот феномен изучают, но только не психологи, а писатели. Борхес, Кортасар, Кэрол Льюис. Или Александр Грин, например. Если вдуматься, в большинстве его историй нет мистики, но много психологии, интуиции, умения героев установить такую "радиосвязь".

Re: слово к порядку рабочего заседания

[lillibulero.livejournal.com]

Отвечать, порою, легче и точнее не на то, о чем непосредственно был вопрос. Поэтому дозвольте мне на несколько минут пригласить сюда синьора, "одного из наших", должно быть. Его имя Хосе Ортега-и-Гасет.

История - если, конечно, эта наука следует своему истинному назначению
- не что иное, как съемка фильма. Для истории недостаточно, избирая ту или иную дату, обозревать панораму нравов эпохи, - цель ее иная: заменить статичные, замкнутые образы картиной движения. Ранее разрозненные "кадры" сливаются, одни возникают из других и непрерывно следуют друг за другом. Реальность, которая только что казалась бесконечным множеством застывших, замерших в кристаллическом оцепенении фактов, тает, растекается в полноводном потоке. Истинная историческая реальность - не факт, не событие, не дата, а эволюция, воссозданная в их сплаве и слиянии. История оживает, из неподвижности рождается устремленность.
Прогрессирующая дереализация мира, начатая мыслителями Возрождения, достигает крайних пределов в радикальном сенсуализме Авенариуса и Маха. Что дальше? Какие возможности открываются для философии? О возврате к примитивному реализму не может быть и речи: четыре века критики, сомнений, подозрительности сделали его неизбежно ущербным. Тем более невозможна дальнейшая приверженность субъективизму. Как воссоздать распавшийся универсум?
Внимание философа проникает все дальше, но теперь оно направлено не на субъективное как таковое, а сосредоточивается на "содержании сознания" - на интрасубъективном. Выдуманное нашим умом, вымышленное мыслью порой не имеет аналогов в реальности, но неверно говорить о чисто субъективном. Мир иллюзий не становится реальностью, однако не перестает быть миром, объективным универсумом, исполненным смысла и совершенства. Пусть воображаемый кентавр не скачет в действительности по настоящим лугам и хвост его не вьется по ветру, не мелькают копыта, но и он наделен своеобразной независимостью по отношению к вообразившему его субъекту. Это виртуальный или, пользуясь языком новейшей философии, идеальный объект.

/О точке зрения в искусстве (http://lib.guru.ua/FILOSOF/ORTEGA/ortega10.txt)/